НПФ "ФОРМ": о том как создать собственную школу разработчиков

photo

—Расскажите немного о компании “ФОРМ”, как возникла идея организовать собственную научно-производственную фирму, занимающуюся разработкой и производством цифровых, аналоговых и цифро-аналоговых БИС на БМК, разработкой и изготовлением промышленного контрольно-измерительного оборудования для тестирования БИС и ИМС?

Идея организовать фирму со специализацией в области изготовления полузаказных цифровых и аналоговых ИМС возникла в конце восьмидесятых – в годы расцвета НТТМ, когда в выполнении подобных проектов у нас образовался и опыт, и свой круг заказчиков, и некоторые деньги, и понимание, куда и как двигаться дальше. У нас – это в той команде, которая стала основой фирмы.
   В это же время начались массовые сокращения в институте, где мы работали. Освобождали помещения – и от людей, и от оборудования. В отсутствии госзаказов все это стало невозможно содержать. Чтобы избежать увольнений, руководство начало поощрять “самоопределение” подразделений вплоть до их полного отделения от материнской структуры. Так мы и самоопределились.
   Логика развития работы скоро потребовала привлечения разработчиков микросхем. В 92–93 году их можно было найти на стройке, на рынке, на складе... Там же находились и наши будущие заказчики. Мечтатели! Спасибо им за их заказы на микросхемы для пейджеров, охранных систем, таксометров, автомобилей, телефонов, “Синклеров”! Благодаря им мы из научного подраэделения превратились в разработчиков, производст-венников и поставщиков. “Синклер” стал нашей первой аппаратной разработкой, нашим хитом и флагом на три года. Так к разработке микросхем добавились аппаратные разработки. А к продукции микроэлектроники – готовая аппаратура. Так мы сами стали потреблять собственные микросхемы.
   Это был качественно новый момент нашей истории. Когда ты сам вынужден есть свое лекарство… Тут нечего объяснять – ты не просто видишь, а чувствуешь свои ( и не только свои) микросхемы по-другому. И чувствуешь их теперь тремя способами – сначала на измерениях и испытаниях, потом при установке в свою же аппаратуру и, наконец, при испытаниях и эксплуатации этой аппаратуры. Обратная связь такая мощная, что сразу выявилось наиболее слабое звено нашего производства - измерения.
   Годами мы измеряли свои микросхемы на стареньком НР, закрывая глаза на недостаточность его функций - другого тестового оборудования не было и ждать его было неоткуда. Поражаюсь отваге наших разработчиков, взявшихся за создание собственного тестового оборудования для контроля микросхем! Нельзя выбрать себе более тяжелую судьбу. И более вдохновляющую перспективу! Это как замахнуться на Вильяма нашего Шекспира (читай HP).
   Первый тестер был готов уже через год (в 96 г.). Назвали его “FORMula” как сочетание нашего имени FORM с аббревиатурой “ula” (universal logic array), поскольку канальная электроника первого тестера была реализована на наших БИС на БМК. В 97 все измерения наших цифровых микросхем (а это более 200 типов) проводились только на “Формулах”.
   И вот как это бывает, когда делаешь что-то не просто “как для себя”, а именно для себя: это становится нужно другим. Как только это происходит, открываются новые возможности, возникают новые обязательства, а вместе с ними – совершенно определенное будущее, связанное с их выполнением.
   Разработка и выпуск следующих “Формул” ( модели 99 и 2К) шла уже в обеспечение производственных потребностей “Микрона”, “Интеграла”, “Ангстрема” и “Сапфира”, а также с учетом нужд собственного производства, прежде всего, в области измерений аналоговых микросхем. Практически сразу потребителями наших тестеров стали предприятия-производителя аппаратуры, испытательные центры и ВУЗы. Деятельность нашего предприятия удивительным образом стала совмещать разработку и изготовление микросхем с разработкой и изготовлением средств для их контроля. На том и стоим.

— Основная деятельность компании “Форм” далека от обучения студентов. Почему Вы решили взять группу студентов для обучения их на собственном производстве?

Года три назад оглянулись, - а всем уже за тридцать и за сорок. Что-то не видно у нас молодежи. На Новый год подняли тост - за создание собственной школы разработчиков средств измерений. Подразумевалось, что это намерение спонтанно воплотится в жизнь, поэтому стали привлекать на производственную практику студентов подходящих специальностей.
   Трое первых отличников, призванных с четвертого курса МАИ, сразу проявили себя категорически по-разному: При выборе вида работы двое предпочли работу операторов на технологическом оборудовании и прогресса в сторону инженерной деятельности там не получилось. Третий студент отрекомендовал себя соискателем интеллектуального труда. Это оказался “наш человек”. Через два года он стал не просто молодым специалистом, а инженером с основательной подготовкой и опытом в рамках нашей специализации.
   Таким образом, спонтанное воплощение нашего намерения имело эффективность 1:2 и при числе 3 давало недостаточный выход годных.
   Поэтому было решено поставить процесс на систематическую основу. Идеальным представлялось вести обучение студентов на своей территориии с постепенным их вовлечением в процесс разработок. Видимо, наши намерения имеют силу притяжения
   (“было бы озеро, а лебеди прилетят”), коль скоро “совершенно внезапно” поступила просьба от кафедры МИРЭА взяться за преподавание учебного курса группе студентов. Прямо на нашей территории. Неправдоподобная история, но это правда.
   Я считаю, что студенты, дипломники, молодые специалисты на жизнеспособном предприятии нужны так же, как дети в семье. Каждый из них – источник новых перспектив, новых ценностей, новых побуждений. Они разрушают наши стереотипы, толкают на риски, заставляют больше зарабатывать. От них и помощь, и надежда и юношеский задор. И все это получаешь от них практически сразу (если это “правильные люди”), намного раньше результатов первого выполненного ими проекта. И еще - есть такая жизненная потребность у профессионалов высокого класса – чтобы двигаться дальше, надо передавать нажитый опыт следующему поколению. Так было во все времена.Отдавать и получать – это две стороны одной медали.

—Каковы основные цели для вас в этом учебном процессе?

Основная цель учебного процесса, который мы ведем – создать в головах обучающихся теоретический и методологический базис, который обеспечит им осознанное участие в наших разработках. Мы работаем в такой области, где все задачи – “с открытым концом”, поэтому нам нужны люди, готовые к самостоятельному выбору технических решений и к постановке самих задач. Хорошо известно, что таких людей можно подготовить и выявить только в процессе их участия в реальных проектах. Обучая у себя, мы сами становимся средством для решения своих кадровых задач.

—А если попытаться нарисовать портрет Ваших студентов, какие они ?

У них на лице написано – осознанные субъекты. Самостоятельные, бойкие, открытые и ответственные. С высокой внутренней мотивацией. Конечно, не все такие, но я замечаю только этих.
   Вот Вам мой диалог со студентом четвертого курса по вопросу его трудоустройства
   ( по совместительству с учебой)
   Директор: : “ Какие системы проектрования Вы знаете?”
   Студент: “ PCAD, ORCAD, Невод, MAX+, MATCAD, SPECTRA…
   Директор (перебивая, с иронией) “Далее – везде?
   Студент (невозмутимо)“ Потом… я делал проект на БМК 1515, 1553… готовил курсовой в “Компасе”…
   Директор: “ То есть, Вы, видимо, имеете склонность к проектированию “железа”?
   Студент ; “Ну, почему же, я могу программировать - на Паскале, на Си, на Дельфи…
   Директор “А готовы ли Вы взяться за разработку программ и оснастки на серию операционных усилителей?”
   Студент “ Конечно, только мне нужна документация на эти усилители и на Вашу контрольно-измерительную систему”
   Достойный ответ! Особенно его ценишь, когда “вдруг” выясняется, что этот индивидуум еще не разбирался со схемотехникой усилителя. И на твоих глазах почти с нуля осваивает основы. Чтобы решить задачу, за которую он так отважно взялся, студенту потребовалось не только изучить теорию, но и пройти через все этапы настоящего проекта, через освоение измерительного процесса и тестового оборудования, через разработку и отладку оснастки, подготовку и утверждение документации - и совершить все это в реальной производственной обстановке.С личной ответственностью за результат. Признаюсь, у меня были опасения, что он бросит начатую работу (ее конец каждый день отодвигался) и перейдет на технологичнский участок, где двое его товарищей регулярно выполняли норму и получали зарплату. Но нет! Через 4-5 месяцев трудов все было готово и первый реальный продукт начал давать реальную отдачу. Что может быть более вдохновляющим?
   Конечно, при всей своей самостоятельности и готовности к любым препятствиям каждый молодой специалист требует значительного внимания и присмотра со стороны старших товарищей – ведь любую задачу они пытаются решать не как положено, а как в первый раз. Иногда это полезно, но бывает, что и опасно.

—Как вы оцениваете первые результаты обучения студентов?

Считаю, что они превзошли наши ожидания. Сегодня, по завершении первого семестра, четверо студентов активно работают в наших стенах и выполняют реальные программно-аппаратные разработки. Это то, к чему мы стремились.

—Что стало для Вас, быть может, неожиданным результатом?

Неожиданным для меня было увидеть, с каким рвением наши разработчики взялись за преподавание.При их невероятной занятости найти время для чтения лекций (по 6-7 часов кряду) и, тем более, для подготовки к ним! Читать так, чтобы студенты ходили на лекции без всякого на то принуждения ( а мы с самого начала объявили свободное посещение и обещали двоек никому не ставить). Работа со студентами создала новую волну в нашей жизни. Даже не волну, а целый прилив творческих сил

—Известна практика школ, организация учебных классов на базе Российских вузов некоторых западных компаний-производителей ЭК, например, Texas Instruments, Analog Devices и др. Вам не захотелось по следам первого опыта работы со студентами создать нечто подобное?

Это лучшее , что может быть! И мы уже на этом пути. Впереди два года с этой группой.

—Как вы оцениваете общее состояние дел на рынке труда молодых специалистов разработчиков на нашем российском рынке ЭК? И каковы перспективы, на Ваш взгляд?

Я не располагаю анализом этого рынка. Мое личное ощущение, основанное на многочисленных частных контактах со студентами и молодыми специалистами такое: это рынок дееспособных ресурсов. Он весь как броуновское движение: кипит молодой энергией и желанием самореализоваться. И это желание всегда (подчеркиваю это!) с большим или меньшим успехом находит себе применение.Молодые специалисты расходятся просто как горячие пирожки.
   Ведь молодому человеку (в отличие от “взрослого” специалиста) можно поручить практически все - и он за все возьмется, поскольку еще не знает, что он по-настоящему может. Для него не знать – пока еще норма жизни, такая же, как узнать и освоить. Другое дело, что из этого получится – хаотичное движение от одного работодателя к другому или профессинальное восхождение.
   Рынок молодых специалистов-разработчиков представляется мне трехуровневым. На первом уровне - желающие работать по специальности, на втором - желающие уехать (уйти на инофирму) по специальности, на третьем - желающие как угодно трудоустроиться на приличную зарплату, как правило, стать чиновником или “менеджером”. Видимо, все уровни нужны обществу, даже желающие уехать (ведь это люди из первого уровня, имевшие во время учебы и стажировки неудачный опыт в российских компаниях, притом они же еще не уехали!)
   Очевидно,что перспективы рынка молодых специалистов зависят от состояния экономики в целом: примерный баланс спроса и предложения при сегодняшнем состоянии дел, превышение спроса над предложением при положительном сдвиге в промышленности (объем предложения не так велик, чтобы удовлетворить промышленный рост) и острый дефицит при ухудшении, который возникнет из-за массового ухода и отъезда людей первого уровня, как это уже случилось ранее со средним поколением их предшественников.
   Таким образом, какой бы стороной к производителю ЭК и аппаратуры не повернулась макроэкономика, специалисты-разработчики никогда не будут предлагаться в избытке и их всегда придется искать. Как ищут по всему миру.
   При этом в России кроме рынка молодых специалистов другого источника кадров-разработчиков нет. За 10-15 лет среднее поколение профессионалов (35-45 лет) было потеряно, старшее - исчерпало себя, а младшее (25-35лет) практически не образовалось или крайне малочисленно. Настоящие разработчики ЭК и электронной аппаратуры вообще люди в природе редкие, и это, безусловно, одна из самых перспективных на сегодня профессий.

— О проблеме молодых специалистов на рынке много говорят, многие компании испытывают недостаток перспективных квалифицированных кадров. Что бы Вы могли сказать, опираясь на Ваш нынешний “преподавательский стаж” со студентами, другим компаниям?

Думаю, что перспективные профессиональные кадры появляются там и тогда, где и когда возникает настоящая в них потребность. Такая потребность диктуется целями компании. Цели определяют и перспективу, и реальность и действия по преобразованию этой реальности. Как только нужны действия, так сразу нужны люди!
   В нашем случае – разработчики . Какую бы цену Вы не готовы были заплатить, а “готовых” разработчиков для решения своих конкретных задач Вы не найдете, если это задачи инновационные (их нет, как нет готовых ответов к таким задачам). Для “вживления” специалиста в корпоративный инновационный проект мало одной квалификации, нужно то самое введение и вхождение в контекст, которое в дальнейшем подготовит человека к созданию самого контекста (и связанной с ним перспективы).
   На это в любом случае уйдет время. И порой это будет потерянное время. Вы знаете , что лучше приживаются молодые деревья? И обгоняют в росте старших собратьев (которые вообще хуже приживаются)? Это один из факторов, который побуждает фирмы типа Analog Devices создавать свои школы разработчиков вместо перекупки кадров у конкурентов. Да что там Analog Devices! Наши родные Ангстрем и Микрон в советские времена пестовали студентов МИЭТа с четвертого курса и до окончания института, чтобы потом принять их в ряды своих специалистов.
   Так что изобретать тут нечего. Нужны кадры – создавайте их. Делайте это, как важнейший проект Вашей компании. Увидите, как Вы сами можете изменить свою жизнь

Интервью провела Анна Соснина
опубликовано в журнале КОМПОНЕНТЫ и ТЕХНОЛОГИИ 6/02